slideshow 1 slideshow 2 slideshow 3 slideshow 4

Печникова Татьяна

Печникова ТатьянаСолистка Московского театра «Новая опера». Заслуженная артистка России, лауреат Международного форума "Музыкальное искусство и педагогика", лауреат Российской музыкальной премии "Casta Diva", лауреат Национальной театральной премии "Золотая Маска" в номинации "Опера – женская роль".

Что дает пение человеку в его жизни?

Мое глубокое убеждение, что пение и вообще музыкальное воспитание детей обогащает душу ребенка. Если ребёнок занимается музыкой, это влияет и на его характер. Развивается такое качество, как добро, если человек столкнулся в своей жизни с музыкой, с пением…

Потому что через голос человек реализует все то, что он не может сделать, высказать словами, ведь душа напрямую связана с голосом. Голос – это что-то настолько неизученное, непознанное человеком, это как большая тайна. Это такой инструмент, который до сих пор не могут изучить. Как звучит голос, почему окрас такой? Природа руководит, как голосом человек учится петь, ведь это все по наитию. Вот если фортепиано - играют на инструменте, показывают, ты должен пальчик поднять вот так. Что касается голоса, никто не может объяснить четко. Все говорят одни и те же слова, детей учат петь, чтобы не затрагивать связки. Посылай в резонатор, такое дыхание свободное, челюсть свободна – это всё слова. Ничего нельзя показать, все это внутри.

Эта внутренняя тайна, которая у одного человека окрашивает голос в один тембр, у другого человека совершенно другой, и недаром же говорят, что по голосу можно определить человека - какой он. Тембр голоса такой – уже мы себе не внешнее, а часто внутреннее содержание человека можем себе представить. Ученые доказали, что действительно есть связь между голосом человека и его внутренним миром, его характером.

Я, например, своего ребенка с полутора лет водила по музыкальным театрам, в кукольные театры, где поют и музыка звучит. По всей Москве таскала практически в каждый выходной с одной лишь целью – для того, чтобы духовно его наполнять этими звуками. Мне казалось, что это очень важно. И потом я стала эту тему изучать, поскольку работала с маленькими детьми. Я видела, как дети меняются, как из капризных детей они превращаются на уроках музыки в контактных. Даже если они не в группах занимаются, если они занимаются один на один с педагогом, они становятся более контактными. Если у ребёнка есть капризность, злость, злоба - он меняется характером. Действительно, характеры детей менялись. Я работала достаточно долго, 6 лет, в Центре эстетического воспитания. И я видела, как дети меняются. Это была фантастика. Ведь мамы говорят, что мы не можем управлять, что ребенок неуправляем… А он становится другим – спокойным, контактным. Поэтому я считаю, что чем раньше родители понимают, что ребёнку нужна музыка, тем лучше.

Я сама музыкант, и я своему ребенку включала музыку тогда, когда он только родился. Он лежал у меня в коляске, я включала музыку, у меня звучал Бах, Гендель, музыка тихая и спокойная. Ещё раньше, когда я носила ребенка и училась на третьем или четвертом курсе института, я все время пела, практически до самого последнего момента. Какие-то люди говорят: «Дети не слышат». Ничего подобного! Все они слышат. И в родильном доме я слышала, что ребенок реагирует на других детей, он все равно слышит, все равно это воспринимает.

Поэтому из опыта со своим ребенком я вижу, что он вырос духовно очень близким мне человеком, хорошим. Я чувствую, что внутренне он хороший. Я считаю, что во многом это благодаря тому, что я его воспитывала в музыке. Он 7 лет занимался музыкой с педагогом. Потом он стал заниматься гитарой, начал петь, сейчас занимается вокалом.

И музыка, и вокал, и пение – все это очень взаимосвязано. Я сначала заканчивала как пианистка, потом уже пошла как певица. Если человек музыкально развит, если у него есть какое-то представление о музыке, о форме музыкальной, то пение улучшает ситуацию с музыкальной точки зрения.

Пение даёт мне, прежде всего, реализацию себя. Недаром, когда человеку плохо, он поёт грустные песни, лирические, душевные. Если все хорошо, он поет веселые народные. На мероприятиях, на праздниках мы поем «Мороз, мороз» и нам хорошо оттого, что мы чувствуем, от этого исходит то, что мы поём. Наши внутренние потребности выливаются через голос, проливаются на свет божий. То, что у нас внутри, то, что мы не можем показать, посредством этого чудодейственного аппарата, состоящего из двух маленьких связочек, которые как-то соединяются, через две тоненькие мышцы мы можем показать все, что плохо и что хорошо. Наше внутреннее состояние мы вылили через романсы, песни, можно и поплакать или посмеяться... Это какое-то проявление себя и очищение после этого. У меня это потребность, потому что если есть внутреннее ощущение и дан голос, через который я могу выразить боль, могу выразить радость, мне хочется, чтобы люди, которые приходят в театр, почувствовали эмоцию, страсть, идею…

Это не просто голые ноты. Конечно, можно стоять и думать, куда должна пойти нота, зачем она в это место - это тоже должно быть, это профессионализм. Но прежде всего я выражаю эмоции. Вчера была опера «Норма», и когда я пою на сцене, я вижу, что в зале люди вытираю слёзы, - вот это для меня главное.

За исполнение партии Нормы мне дали премию «Золотая маска». Я помню, когда я пела спектакль на фестивале «Золотая маска», момент во втором действии, когда Норма обращается к отцу и говорит: «Пойми меня и помоги мне» - у меня был ком в горле, я боялась, что у меня сорвется голос - за 10 дней до этого я похоронила папу. И с тех пор всегда в этот момент у меня это всплывает, эти эмоции.

Часто бывает «а вот меня родители не учили, у меня душа просит петь» уже в старшем возрасте, а его в детстве не учили. Или кто-то говорит: «У меня нет чувства ритма». Да ничего подобного, это все развивается. Кто-то с врожденным чувством ритма, кому-то нужно показать. Так же как и голос. У кого-то природные резонаторы, у кого-то нужно над этим работать и голос ставить на место. У кого-то есть природные резонаторные вещи, и человеку не надо ничего делать, а другой должен учиться.

Надо поймать момент, когда ребенок хочет петь, ему обязательно нужно показать, не ждать что «у него голоса нет». Мне очень долгое время казалось, что у меня нет голоса, поэтому я пошла на фортепиано, я все время боялась, что я приду, а мне скажут «У тебя рядовой голос, тебе дома петь – как раз то, что надо». Мне было страшно показаться. Я считаю, что родители, если они слышат, что дети поют, должны им помочь. Ребенок должен петь. Я знаю очень много людей, которые окончили музыкальную школу детьми и поступили в техническое учебное заведение, но с музыкой не порывают, она им помогает в жизни. Не далее как вчера ко мне приходили гости – она концертмейстер, он – декан физико-математического факультета одного из вузов, играет на контрабасе. Т.е. математики, физики, люди совершенно другого склада, технари – но музыка им тоже нужна. У каждого человека есть это внутри, он выражает это через инструмент, через музыку, через пение. Поэтому я считаю, что детей надо приобщать к музыке. Неважно, если говорят: «Ой, у меня ребенок – не гуманитарий, зачем ему музыка, когда он склонен к математике». Недавно меня попросили послушать девочку, у которой потрясающий голос, ей 9 лет. Откуда у неё идёт голос? Как она поёт? Что-то она берет, что-то не берет, но это просто какой-то ангел, который спустился с небес и имеет совершенно фантастический голос.

Бывает, родители говорят: «Ой, он так поёт ужасно, мне даже стыдно его куда-то вести». Вот этого быть не должно. Родители все равно должны отвести, чтобы ребенка послушали, позанимались с ним. Бывают, может быть, исключения, что у человека вообще отсутствует слух. Но в принципе моё глубокое убеждение, что всё развивается. И слух развивается. Ребенку говорят: «Не пой, потому что ты так поёшь, что нам за тебя стыдно». Этого не надо говорить. Ребенку надо обязательно давать возможность себя реализовать, дать возможность заниматься, надо его послушать, потому что один педагог скажет «нет», другой педагог скажет «нет», а третий скажет «давайте попробуем».

Как вы относитесь к идее всеобщего певческого образования, чтобы пели все дети?

Что касается уроков пения и обучения пению, я могу сказать одно (на своем опыте): в свое время я училась в двух общеобразовательных школах: в первой школе мы на уроках пения делали все, что хотели, а нам автоматически ставили нам какие-то оценки. В другой школе у нас были настолько интересные уроки пения, что мы пели и джаз, и из «Юноны и Авось», и сольфеджио. Учительница нашла с нами такой язык - у нас было так, что на пении были все. В 5-6-7 классе кто-то говорил: «Я на математику не пойду», а на пение все говорили: «На это мы пойдём». То есть настолько педагог заинтересовал. Я считаю, что должна быть выбрана программа педагогом для того, чтобы детей заинтересовать. Детям должно быть интересно… Я помню, мы слушали отрывки из Чайковского, она ставила какие-то мультики, занятие было построено интересно. Конечно, это очень сложно, заинтересовать группу людей для того, чтобы они полюбили это, чтобы этот предмет или факультатив стал интересным. Потому что на факультатив дети ходят «мне интересно – я хожу, мне неинтересно – я не хожу». Чтобы детям было интересно, их надо заинтересовать.

Взрослые потом это хорошо понимают. И бывает, говорят: «Ой, а что я музыкальную школу не закончил? Мне родители говорили, а я не закончил, вот дурак». «А что вы не настояли» - многие говорят. Или бывает, попадается плохой педагог. Меня учительница линейкой била по рукам, и моя мама сидела на уроках фортепиано. Педагогом она была хорошим, она мне дала школу, но била линейкой по рукам. И мама сидела, чтобы она линейкой меня по рукам не била. Только благодаря маме я не отказалась заниматься музыкой.

Бывает очень часто, что скрипку закончил, отдал, маме показал диплом, проходит какое-то количество времени, человек все равно в компаниях поёт, играет на гитаре… Главное, у него есть это образование. Всегда надо давать возможность ребенку дальнейшего выбора. Музыкальное образование мы тебе дали, а дальше ты уже сам выбирай. Как ты идешь дальше, занимаешься ты гитарой или не занимаешься, но все равно это даёт возможность где-то в музыкальных коллективах в институтских, в каких-то программах участвовать, реализовать себя. Я считаю, что музыкальное образование – это очень правильно.